Литературные узоры

Среда, 16.08.2017, 18:06

Приветствую Вас Заглянувший на огонёк | RSS | Главная | Доходяга - Литературный форум | Регистрация | Вход

Последние ответы форума
Тема Дата, Время Автор Раздел
Кавказ - 2017. 11.08.2017, 18:13 gornostayka Ветер странствий.
Читать
Басни-притчи от Владимира Шебзухова 06.08.2017, 12:30 НИКУШКА Его Величество - ПОЭЗИЯ.
Читать
Наши странствования. 30.07.2017, 20:26 gornostayka Не теряйте из виду или где мы, куда подевались?
Читать
Смеёмся! 21.07.2017, 13:02 gornostayka Юмор
Читать
Занимательные тесты. 20.07.2017, 16:08 gornostayka Разные темы.
Читать
Альтернативная история 29.06.2017, 21:16 gornostayka Чудеса науки и не только...
Читать
Космос. 29.06.2017, 14:48 gornostayka Чудеса науки и не только...
Читать
В поисках издательства 03.06.2017, 15:03 DomRomm Подготовка к изданию.
Читать
БОльшая Морская БАйка 03.06.2017, 15:02 DomRomm Детективы, боевики, криминал
Читать
Чем сложнее прожитая жизнь, тем легче её описывать. 03.06.2017, 14:59 DomRomm Я автор!
Читать
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: gornostayka, Andre 
Литературный форум » Территория творчества » Малая проза, эссе, миниатюры » Доходяга
Доходяга
bukwaДата: Воскресенье, 17.02.2013, 16:28 | Сообщение # 1
Любознательный
Группа: Пользователи
Сообщений: 23
Награды: 1
Репутация: 4
Статус: Offline
Неожиданныйписк слева заставил Сергея вздрогнуть. Он подошёл к открытому люку колодца и
заглянул в него. На самом его дне, сжавшись в комок, сидел маленький пушистый
котёнок.     “Эврика! – мелькнуло в голове у Сергея. –Сюрприз для Оксанки будет обалденный! Она тащится от всяких птичек-зверушек…”     Оставив сумку на снегу, он ухватился рукойза край колодца, поставил правую ногу на довольно широкую железную скобу,
торчавшую из кирпичной стены, левой дотянулся до другой скобы, расположенной
почти на метр ниже первой… и таким образом, по шести скобам, спустился до
последней. Которая находилась примерно в полутора метрах от земли. Сергей
прикинул, как будет выбираться обратно, и спрыгнул вниз.      “Теплушка” была просторнее, чем казаласьсверху. Две металлические трубы уходили в небольшое отверстие в стене; на них
была разостлана дырявая телогрейка, на которой валялись покрытые инеем корки
хлеба и консервная банка, – очевидно, здесь когда-то ночевали бомжи; но теперь
отопление было выключено, трубы остыли, и спать в зимний холод стало
невозможно.    Сергей схватил котёнка, сунул его за пазухуи, ухватившись рукой за скобу, подтянулся и поставил на неё сначала одну
коленку, затем другую… наконец, встал в полный рост. “Теперь пойду, как по
лесенке”, - подумалось ему. Однако едва он попытался встать на следующую скобу
правой ногой, кирпичная кладка внизу посыпалась; скоба, на которую он опирался
левой ногой, выскользнула из стены; и Сергей грохнулся вниз. Котёнок выскочил
из-за пазухи и кинулся в дыру, куда уходили трубы.      Некоторое время Сергей лежал нешелохнувшись… Затем рассмеялся:- Ничего себе…     Поднялся на ноги, отряхнулся от снега иогляделся.      Кирпичная кладка внизу была без единоговыступа, за который можно было бы ухватиться.     “Неужели они спускались сюда только поэтим скобам?” – подумал Сергей о бомжах.     Он попытался, оперевшись стопой о стену,допрыгнуть до ближайшей к нему скобы; но та была слишком высоко. Тогда Сергей
схватил корявый обледенелый сук, приставил его к стене; но как только встал на
него, сучок с треском переломился пополам.- Тьфу! – в сердцах выкрикнул Сергей.     Глянул на часы: без четверти два.      “Оксанка не любит, когда опаздывают…”      Он вспомнил её слегка лукавый взгляд,когда она на недавней вечеринке с друзьями пригласила его к себе на день её
рождения, куда он сейчас и направлялся. В тот раз они долго с ней танцевали,
пили “Шардоне” и мило беседовали… Она всё же предпочла его Игорьку, которого он
лихо обставил своим блестящим знанием компьютера; а также по части юмора,
рассказав несколько свежих анекдотов, вызвавших неподдельный восторг среди
подруг и знакомых Оксанки. Но особенно Сергей гордился своим замечанием
относительно… расстёгнутой у Игорька ширинки. Все тогда похохотали от души;
однако Сергей даже виду не подал, что намеревался как-то оскорбить приятеля, -
напротив, он подчеркнул, что хотел всего лишь указать Игорьку на его
оплошность, которая впоследствии якобы могла поставить его в незавидную
ситуацию…- Эй, кто-нибудь! – крикнул Сергей.     Он испугался, как бы не утащили сумку. Тамбыл подарок Оксанке – её любимые французские духи, стоившие  почти половину его месячного оклада. Икоторые, по его замыслу, должны были окончательно “добить” Игорька.           … Тем временем холод стал пробирать его докостей. Одет Сергей был явно не по погоде: костюм и пальто. Оксанка жила
недалеко от его дома, и потому он решил пройти напрямик по пустырю, рассчитывая
всего минут на пятнадцать ходьбы. Естественно, ему и в голову не могло прийти,
что с ним может случиться такой казус и что с утра ударит настоящий крещенский
мороз!     Сколько он сейчас ни напрягал свои“эрудированные” мозги, ничего иного придумать не мог, кроме как постоянно
приседать и бегать по периметру “теплушки”, чтоб не замёрзнуть. И, конечно же,
время от времени покрикивать – в надежде на то, что кто-нибудь его услышит.
Тропинка, которой он шёл, вела к ремонтно-механическому заводу; и потому
сегодня, в воскресенье, прохожим пока оказался он один.            … Время шло, а на его крики так никто и неотзывался.     “Это уже не смешно”, - подумал он.     Схватил лежавший на трубах бушлат, скомкалего и приложил к стене – под то место, где из кирпичной кладки торчала
спасительная железная скоба. Затем снял с себя пальто, шапку и положил их на бушлат.
Получилась небольшая горка. Дрожа от холода, Сергей осторожно встал на неё и
вытянул кверху руку; однако от его ладони до скобы оставалось сантиметров
сорок. Сергей подпрыгнул, но до скобы не достал. Затем схватил сучок, поставил
его одним концом на одежду, другой прислонил к стене, встал на него и изо всех
сил снова прыгнул… ещё раз, другой, третий… - бесполезно.     “Что бы ещё подложить?..”     Он стал ощупывать стену – в надежде на то,что ему удастся вытащить несколько слабо державшихся в ней кирпичей. Но всё
было тщетно.     Тогда Сергей бросился разгребать ногойснег; однако кроме пары спичечных коробков и кучи замёрзшего дерьма в углу,
ничего не нашёл.      Почувствовав, что коченеет, быстрооделся, накинул поверх пальто вонючую телогрейку и, сжав в кулак онемевшие
пальцы рук, принялся согревать их дыханием… Затем сунул их в перчатки и начал
приседать, время от времени останавливаясь и взывая о помощи…       … На третий час своего пребывания вколодце, во время очередной “разминки”, Сергей почувствовал головокружение.
Присел, оперевшись спиной о стену.     “Так и околеть недолго…”     Он поднял голову кверху. Уже смеркалось.- Э-эй!.. Кто-нибудь!..     От холода и страха у него застучали зубы,по спине побежала дрожь.     “Как же так, - мелькнуло в его голове, -ведь всё шло хорошо, и на тебе… Чёрт меня дёрнул лезть в эту дыру… за каким-то
доходягой. – Он оглянулся, но котёнка нигде не было. – Увижу его ещё раз –
придушу!..”     Сергей опять снял перчатки и принялсядышать на немеющие пальцы рук… Задумался…     Да, всё шло хорошо… Прекрасный заработок водной из преуспевающих коммерческих фирм, бычье здоровье, квартира, машина…
Вечерний кафе с разноцветными мерцающими огнями, коктейль, тихая мелодия… А
девушки! Одно воспоминание о них приводит в сладкий трепет! Светка, Наташка!
Теперь вот Оксанка. От улыбки которой сладко посасывает под ложечкой… Что ещё
человеку нужно? Живи – радуйся!.. И вдруг такое…      “Как это гадко, несправедливо! – подумалон. - Я замерзаю, а в сумке – бутылка “Белого аиста”! Сейчас бы она мне не
помешала! Но главное – мобильник! Вот ведь в чём штука! Почему я именно сегодня
не сунул его в карман – ну, прямо закон подлости!..”     Он плюнул с досады. Вскочил на ноги,схватил переломанный пополам сучок и стал бить им о стену.- Помогите! – глядя вверх, попыталсякрикнуть изо всех сил, но получилось слабо.     Сел на снег, потому что снова закружиласьголова.     “А вот если я здесь околею, - почему-топодумалось ему, - кто-нибудь обо мне заплачет?”     И вдруг его как током ударило: от егоисчезновения никому на Земле хуже не станет!    Он вскинул голову.     “Как это? Такого не бывает…”     Надел перчатки и поджал под себя ноги.Опять задумался.     Не бывает, но так оно и есть. Отца сматерью у него уже не было в живых. Из родни – один двоюродный брат где-то на
Урале, с которым он виделся однажды в детстве и с тех пор никаких отношений не
поддерживал. А семью Сергей так и не завёл. Всё чего-то боялся… Над друзьями и
знакомыми, которые женились и заводили детей, посмеивался… А когда те в
разговоре с ним высказывали хоть малейшее недовольство возникающими в их
семейной жизни проблемами, говорил им: - Предупреждал дурака: не вешай себе на шеюхомут!     Или:- Не жилось ему спокойно! Сейчас семьизаводят, как и в армию идут, одни лохи!..     И при этом почти всегда снисходительнохлопал своего “несчастного” собеседника по плечу…     Да что детей – друзей не имел. В глубинедуши прекрасно понимая, что близкий друг – это всегда бремя: или денег взаймы
дай, или, допустим, по его просьбе замолви словечко перед начальством… А ведь
другу не откажешь!     Конечно, у друга можно попросить и самому.Однако помощь, по его мнению, всегда подразумевает последующие обязанности
перед “благодетелем”, а Сергей очень не любил быть от кого-то зависимым.
Поэтому он предпочитал иметь не друзей, а приятелей. В кругу которых можно
весело и со вкусом провести время, вежливо отказывая им в их просьбах и,
соответственно, оставаясь никому ничем не обязанным. Погуляли и разошлись. Не обременяя
себя чужими проблемами. А дальше он приходил домой, выпивал свой любимый кофе
на сливках в прикуску с плиткой молочного шоколада, включал телевизор и смотрел
боевик или футбол. А иногда общался по телефону со своей очередной
“единственной и неповторимой”, в итоге назначая ей свидание. И такая уютная и
спокойная - а лучше сказать, беззаботная - жизнь была ему по душе. Сергей очень
дорожил своей “свободой” и не желал её менять на что-либо иное.     Но сейчас он понял одну важную истину:горячий кофе с шоколадом – это, конечно, здорово; вот только теперь никто ему
их не подаст. Потому что, кроме как своему брюху, он никому их никогда не
предлагал. То есть, не замечая окружающих его людей, он неизбежно пришёл к
тому, что и его замечать перестали. Иными словами, ни один человек его теперь
не хватится и искать не станет.     От этой мысли Сергей даже вздрогнул.     “Как это понимать? Я здесь подыхаю, а онитам пляшут, чешут языками и хохочут? И если я дам дуба, никто не моргнёт и
глазом?.. Впрочем, Оксанке уж точно станет не по себе. Только не от того, что я
загнулся, а что в этом случае создам ей лишнюю проблему – как помириться с
Игорьком! Ведь, насколько я её знаю, ей нет никакой разницы – быть с ним или со
мной. Не так ли меняют поношенные перчатки на новые?..”     Внезапно его осенило:     “Так ведь другого и быть не может. Я жесам всем своим видом и манерами дал ей понять, что меня устраивают именно такие
отношения. Ведь у нас с ней никогда не было ничего серьёзного и искреннего.
Посидеть в кино или кафе, лечь вдвоём в постель – и разбежались, как в море
корабли… Чтоб на следующий день опять ломать голову, как убить время...     Он закрыл глаза.     “ Но разве зазорно получать от жизниудовольствие? Разве это не свойственно человеческой природе?.. – Он надкусил
губу. – Вроде бы всё верно”.     И вдруг Сергей вспомнил одного бродячегопса, который частенько запрыгивал на самый верх мусорных бачков возле их дома и
рылся в отбросах… После он видел его, бегущего за облезлой сукой.     И тут будто обухом по голове: а ведь он отэтого пса практически ничем не отличается! Он всю свою жизнь, как этот кобель,
только жрал и трахался!     “Неужели это я? – Он даже усмехнулся. –Неужто и впрямь я сейчас испугался именно этого – навсегда потерять ощущение сладости
шоколада и Оксанкиного поцелуя?!. Жил, подобно тому псу, и подохну так же?!”       … Сергей открыл глаза. Глянул наверх: вчёрном небе уже показались звёзды.     “Неужели всё так глупо для менякончится?.. Да что это я, надо сопротивляться. Нужно согреться.”      Он попытался подняться. Но почувствовалневероятную слабость в теле.     “Впрочем, зачем? К чему я цепляюсь зажизнь? Чтобы объедаться шоколадом и икать от сытости?.. и всё прочее?.. Неужели
в моей жизни не было ничего выше этого?”     Оннаморщил лоб, вспоминая.      “Детство… Деревня… Мама в косынке… Коровканаша, Жданка. Мычит, доить просится… Лес, озеро… Вокруг- щебетание птиц и
стрекот кузнечиков, кое-где порхают бабочки… Помню, я глядел на эту красоту
и…да-да, ощущал…наивно, по-детски… какую-то неведомую тайну, скрытую в этой
лесной благодати, - светлую, радостную… Куда же всё это ушло?..”       Все попытки хоть как-то двигатьсяприводили к головокружению… Наконец, Сергей почувствовал, что теряет сознание.
Ноги его онемели, пальцев рук он почти не ощущал.     “Сейчас мне должно стать тепло… где-то ячитал, что именно так и замерзают… нужно только немного потерпеть… Если бы мне
стоило жить ради кого-то, тогда другое дело. А так… Зачем страдать? Уж лучше
поскорее сладкий сон…”     Исловно вспышка молнии в его голове:     “Да точно ли сон? А вдруг…”     Сергей неожиданно вспомнил, как однаждыбабушка привела его, десятилетнего мальчика, в храм. Он стоял, завороженно
глядя на мерцание свечек и отблеск огня на одной из икон. На которой, очевидно,
был изображён какой-то святой. Со строгим, но в то же время очень мудрым и,
главное, ласковым взглядом. Пел хор; и среди слов, которые Серёжа запомнил,
были такие: - … и доброго ответа на Страшном СудилищеХристовом просим…     “А что, если это правда? И мне этогоответа не избежать?.. Странно: я никого не убивал, не грабил; а ощущение такое,
словно я, как нашкодивший ученик, панически боюсь встречи с учителем... Будто я
в чём-то виноват, что-то сделал не так...”     И вдруг его словно прострелило:     “А может, и боюсь только оттого, чтоничего в своей жизни не делал вообще? И потому предъявить Ему мне нечего?..”     Сергей шевельнулся.     “Точно, нечего. Как тому кобелю. В этомсмысле мы с ним будем равны. Только он будет молчать, а я скулить от страха.
Вызванного ясным осознанием своей псиной натуры, которую я, в отличии от
четвероногого, выбрал совершенно добровольно – как говорится, будучи в здравом
уме и трезвой памяти. Лишь потому, что эта собачья сущность мне пришлась по
вкусу; что мне было желаннее превратиться в пса, нежели оставаться человеком!..
Какая злая шутка!..”     Сергей часто задышал. Он ощутил на себеневероятную тяжесть, будто на него навалилась огромная плита.     “Не хочу… - облизнул потрескавшиеся губы.- Не хочу уходить таким!.. Господи, неужели это правда?!.”     И вдруг рядом с собой услышал тоненькийписк. Повернул голову.     Дрожа всем тельцем, на него смотрел тотсамый котёнок.- Что, брат… зябко?.. – еле прошепталСергей. - Иди сюда…     С огромным трудом окоченевшими пальцами онвзял зверёныша за шкирку и сунул его под пиджак. Ощутил, как тот жадно вцепился
в тепло…       … Среди мрака Сергей опять вынырнул иззабытья. Почувствовал удушье.     “Неужели, и впрямь прожил, как шелудивыйпёс?..”     Он ощутил, как у него под одеждой кто-тошевельнулся.     “Доходяга… - вспомнил он. – Ещё жив…”     Услышал сладкое мурлыканье.     “Посапывает, и в ус не дует…”      И вдруг у него защемило в груди.     “Господи, позволь мне не умереть подольше…дай не остыть до утра… пусть хоть этот малыш выживет…”     Он ещё крепче прижал котёнка к себе… ивнезапно почувствовал, что сердечко этого крохотного существа стучит рядом с
его собственным сердцем! Да-да, он ощутил, как их сердца буквально слились и
бьются вместе. И из глаз Сергея брызнули слёзы.     “Так вот в чём дело!.. – Он даже вздрогнулот неожиданности. – Как же я раньше этого не понял?!. Так просто…”     И тут же почувствовал, как по его телустала разливаться приятная теплота…


Сообщение отредактировал bukwa - Воскресенье, 17.02.2013, 16:35
 
Литературный форум » Территория творчества » Малая проза, эссе, миниатюры » Доходяга
Страница 1 из 11
Поиск:





Нас сегодня посетили